Телефоны, монополии и либертарианцы. Рассуждения о науке и идеологии с отступлениями и анекдотами.

[scholar_vit]

Я давным-давно слышал утверждения либертарианцев о том, что классический анализ "естественных монополий" ошибочен, что все эти монополии создало государство, а вот если бы оно не мешало конкуренции, то вот тут-то у нас бы заплясали лес и горы без всяких монополий. Наконец, bbb в дискуссии о спаме привёл вот этот документ: http://www.cato.org/ pubs/journal/cj14n2/cj14n2-6.pdf. Это статья Тирера в Cato Journal. В предисловии сказано, что автор Fellow в Heritage Foundation. Я плохо разбираюсь в тамошней табели о рангах; будем считать, что автор является большим человеком.

bbb -- пожалуй, один из самых умных, тонких и проницательных авторов, которых я регулярно читаю. Я не сомневаюсь в том, что если бы подобная по уровню аргументации работа была написана на любую другую тему, он бы поднял на смех и её, и автора. То, что он не видит дыр тут, интересно в свете моей любимой темы об ограничениях, которые наши эмоции накладывают на нашу логику. Кстати, я всегда самонадеянно считал, что моя естественно-научная выучка помогает против таких шор, но это всего лишь предположение. Я буду благодарен, если читатели ткнут меня в мои собственные ограничения.

Главный тезис автора состоит в том, что после истечения патентной монополии Белла конкуренция среди провайдеров привела к бурной телефонизации страны. Но тут пришёл злой Теодор Вейл, президент AT&T, который уговорил правительство ввести монополию, и всё пошло неправильно. Под флагом борьбы с дублированием сетей конкуренты были задавлены правительствами штатов и федеральным. Это привело к росту цен для абонентов.

Автор особенно недоволен тем, что в общественное сознание вошло "право на телефон", т.е. по сути обязанность общества предоставить доступную телефонную связь в каждом селе и хуторе. Из-за этого права проводилось систематическое перераспределение абонентской платы: городские пользователи платили больше, чем нужно, а сельские получали в результате телефон ниже себестоимости. По мнению автора, следовало ждать, когда конкуренция сама приведёт к тому, что телефонизация села станет выгодна.

Теперь давайте посмотрим на логику этих построений. Итак, Вейл уболтал (и, как мягко намекает Тирер, подкупил) правительство, и оно приняло неверное решение. Проблема в том, что до появления FCC (а на самом деле, и после, и вплоть до наших дней) коммуникации в США не являются исключительной прерогативой федеральных властей. Действует лоскутное одеяло федеральных законов, законов штатов и даже местных правил. Тирер сам это признаёт, цитируя выступления законодателей отдельных штатов о том, что конкуренция между провайдерами на данном этапе нецелесообразна. Таким образом, фигура Вейла становится какой-то демонической: он сумел то ли загипнотизировать, то ли купить огромное количество разных людей, от законодателей США до советов графств, и они все, видя перед глазами благодетельный пример конкуренции, упорно принимали очевидно (для Тирера) неверное решение.

Именно в это время в США шло обсуждение монополий, вылившееся в конце концов в Шермановский акт. Почему же люди, боровшиеся с монополиями в других областях, сделали такое исключение для телефонной связи? Молчит Тирер, не даёт ответа. Именно на это время в Америке пришёлся расцвет mudracker'ов: журналистов, разоблачавших коррупцию в правительстве и промышленности. Почему же они не набросились на Вейла и тех, кого он уболтал или подкупил? И опять молчит Тирер.

Пока эти выводы Тирера просто маловероятны. Но они становятся нелепыми, сапогами всмятку, если мы вспомним, о чём ещё умолчал Fellow of Heritage Foundation. Дело в том, что как раз в это время проходила телефонизация в других странах. Европейские страны отличались от США. Экономикой, идеологией, историей. Некоторые, вроде Германии, даже воевали с Америкой. Но в вопросе телефонной связи они почему-то действовали очень похоже: этим делом занималось государство, либо национализируя отрасль, либо плотно регулируя её и не допуская особой конкуренции. Если мы поверим Тиреру, что всё дело в личных качествах "of a single man", то нам придётся предположить, что телефонная связь по всему миру почему-то порождала людей вроде Вейла, способных легко перетянуть на свою сторону правительства, парламенты, королей и принцев. Правда, дьявольская хитрость у них сочеталась с непостижимой глупостью: как правило, они так хорошо уговаривали власть имущих, что те национализировали телефонную сеть, отбирая у вейлов их империи. Очевидно, что такого исхода вейлы никак не могли предвидеть. И с завидным упорством готовили собственную гибель. Что с них возьмёшь -- они же не обладали мудростью Адама Тирера.

Предположить можно всё. В том числе и нашествие вейлов, хитрых и глупых одновременно, почему-то тянущихся к телефонным аппаратам и коммутаторам. Но боюсь, что старик Оккам от такого предположения зарезался бы собственной бритвой.

А есть альтернативное предположение, менее вычурное? Конечно, есть! Состоит оно вот в чем. Общество видело пользу в стопроцентном покрытии страны телефонной сетью. Во-первых, это стратегический ресурс. В случае войны или стихийного бедствия телефонная сеть становится важнейшим средством коммуникации. Во-вторых, это нужно для безопасности: если кому-то станет плохо, "Скорую" надо вызывать из любой точки. В-третьих, это резко двигает вперёд экономику всей страны. Если фермер может, вместо того, чтобы продавать урожай жуликоватому перекупщику и у него же покупать технику, обзвонить десяток элеваторов и гаражей, то растет конкуренция. Я вместе с либертарианцами считаю, что это очень хорошо для экономики. Я уже высказывал дерзкую мысль, что "зелёная революция" в США, которая перевернула страну и много сделала для того, чтобы она стала тем, чем стала, -- так вот, эта революция не в последнюю очередь обязана стопроцентной телефонизации страны. В-четвёртых, телефон, как и автомобиль -- это свобода. Далеко не случайно в СССР и личный телефон, и личный автомобиль отпускались народу очень дозированно, а на селе просто не было ни того, ни другого. Очень важно, что эта польза для общества в целом, как говорят физики, неприводима: она не сводима к сумме польз от каждого элементарного акта.

Но дело в том, что конкуренция не способствует быстрому росту покрытия. Провайдеру куда выгоднее заниматься телефонизацией Нью-Йорка или Чикаго, чем тянуть кабель куда-нибудь в Озарки. Даже Тирер признаёт это в своей статье. Как же он отвечает на это соображение? О, это очень интересно. И напоминает старый советский анекдот.

-- Что такое коммунизм?
-- Это когда всё по потребностям. Ну представь себе, ты приходишь в магазин за колбасой. А продавщица тебе говорит: "Сегодня в колбасе потребности не было".

В полном соответствии с этим анекдотом Тирер объясняет, что никакой потребности в стопроцентном покрытии нет. Это все выдумки злого Вейла. Могли и без неё прожить. А вот если бы подождали, то здоровая конкуренция сама пришла бы в Озарки. Рано или поздно. Как пришли туда радио и телевидение.

Надо сказать, что я провёл лет шесть в середине девяностых в Центральной Пенсильвании. Там горы, а между ними долины. Телевидение туда во многие места пришло не так давно: плохой приём. Надо кабель тянуть, а это стали делать только недавно -- да и то после того, как власти графства стали выкручивать руки кабельным провайдерам: хочешь обслуживать городской рынок -- иди, друг, в село. Ну и радио в горах слышно с перебоями. Есть места без канализации. А вот телефон есть везде. Хотя потребности, по мнению Тирера, нет

Но это по мнению Тирера. Общество тогда потребность видело. И поскольку оно наглядно убедилось, что конкуренция эту потребность не удовлетворяет, то оно пошло другим путём. Сознательно пожертвовав конкуренцией в пользу того, что оно считало более важным.

Эта простая гипотеза объясняет действительность куда проще, чем построения Тирера. Почему же Тирер не мог её принять? И тут мы подходим к самому интересному во всей этой истории.

Чтобы принять эту гипотезу, Тиреру пришлось бы признать, что бывают ситуации, когда рынок -- не лучшее решение задачи. А вот этого он сделать не мог. Потому что тогда он бы перестал быть тем, кем он является.

Есть научный подход к действительности. В рамках этого подхода эффективность рынка не есть нечто сакральное, данное нам Богом на скрижалях, а всего лишь вывод. Как и у всякого вывода, у него есть условия, посылки (если А, Б и В) и заключение (то следовательно, Г). И если посылки не выполнены, то заключение может быть верным, а может и нет. То есть рынок максимально эффективен не всегда, а тогда, когда выполняются определённые условия.

Точно так же в физике есть фундаментальные законы. Например, закон сохранения энергии. Но закон сохранения энергии верен только для замкнутой системы. А если система открыта, то основное условие закона не выполнено. И энергия может сохраняться, а может и нет.

Научный подход состоит в понимании таких вещей.

А подоход идеолога совсем другой. Идеолога иногда можно принять за научного работника: современные идеологии часто основываются на экономической теории, вроде советской идеологии, где где-то на самом дне теория Маркса. Но различие проявляется тогда, когда человек говорит, что "учение Маркса всесильно, потому что оно верно". В этот момент забываются условия и оговорки, и скромный научный результат становится сакральной правдой. Коммунизм -- это молодость мира. Рынок эффективен, и точка. Как говорил Янукович, "тому що". Идеолог не может признать своё учение ошибочным хоть где-то. Это слишком опасно. Если рынок бывает не лучшим решением всех проблем, то я не штабс-капитан.

Как только мы поймём, что Тирер -- идеолог, то всё станет на свои места. Станет ясно, почему он очень мало говорит об аргументах сторонников и противников монополии AT&T, ограничиваясь повторением тезиса о том, что все чиновники -- козлы. Почему во всей статье есть только один график -- продажа телефонов компанией Bell. При этом человек, знакомый с главой о вранье при помощи графиков в замечательной книге Edward Tufte, The Visual Display of Quantitative Information, легко увидит, где автор лукавит. Почему единственная таблица в статье: уровень телефонизации, -- обрывается 1920 годом, хотя автор много говорит о том, что было между 1915 и 1974 годами. Почему автор сравнивает периоды первоначальной, патентной монополии и конкуренции, а выводы делает про совсем другой период. Почему самое важное для теории автора: скорость роста тарифов в период монополии, -- обсуждается вскользь, без всяких графиков и таблиц. При этом автор не говорит, указаны тарифы в инфляционных долларах, или нет. Даже такой дилетант, как я, знает, что если человек говорит о динамике цен без поправки на инфляцию -- он жулик в ста случаях из ста.

Уже упомянутый Tufte, разбирая примеры вранья на графиках в газетах, в особый класс выделяет "Правду" 1980-х годов. Статья Тирера вполне могла бы быть опубликована в этой газете. Это не наука и даже не журналистика. Это идеология.

И тут мы подходим к заключительному аккорду. Мне придётся сказать несколько слов о себе. Я не специалист в экономике, философии или что ещё там надо знать из духовных богатств человечества, чтобы стать настоящим либертарианцем. Я и не притворяюсь. Но есть вещи, которые я знаю, и которых у меня не отнять. Я провёл большой кусок юности, изучая истмат, диамат, научный коммунизм, читая классиков марксизма-ленинизма и конспектируя всю эту хрень. Это было невероятно скучно, и чтобы сделать это хоть как-то интересным, я стал задумываться над тем, как именно мне тут вешают лапшу на уши. С тех пор у меня чутьё на идеологию, притворяющуюся наукой. Если хотите, у меня антитела образовались на это. Я понимаю в экономике Мизеса и фон Хайека ещё меньше, чем в экономике Маркса. Но я кое-что понимаю в стилистике. Стилистика того, что втирает Адам Тирер, мне знакома. Этот цветочек я уже нюхал. На лекциях по научному коммунизму.

Comments

[likh.livejournal.com]

отличный постинг, спасибо.

Я кстати, как-то попытался на человеческом языке рассказать о некоторых экономических результатах, связанных с market failures. Возможно, Вам будет интересно -
http://www.livejournal.com/users/likh/69379.html

[mi-b.livejournal.com]

комментарии либертарианцев здесь (и в других аналогичных дискуссиях) основываются на особом определении
"оптимальности": если есть два состояния мира - нынешнее и следующее, и во втором из них у каждого человека благ
больше, чем в первом, то мы с вами (и Парето) скажем, что второе состояние лучше первого. Либертарианцы же,
по сути, утверждают, что этого недостаточно и что необходимо также, чтобы из первого состояния ко
второму можно было придти через цепочку покоординатных улучшений (ака добровольных обменов). В этом
смысле очень характерен вот этот диалог по ссылке, приведенной выше
http://www.livejournal.com/users/likh/69379.html?thread=783363#t787971

Проблема усугубляется тем, что некоторые либертарианцы понимают разницу между этими двумя определениями
(например, vvagr в том диалоге), а некоторые, по-видимому, нет.

Поэтому либертарианцам приходится утверждать, что в жизни не бывает некоторых игр с
ненулевой суммой - вроде дилеммы узников итп.

[likh.livejournal.com]

да, точно. Вообще имхо требование странное - т.е понятно, что таким образом удается оградить себя от market failures, но с другой требование добровольности каждого из обменов не имеет отношения к экономической оптимальности. Честнее было бы запостулировать примат свободы над всем остальным и сказать - "ну, а раз свобода всего важней, то единственно возможное общество - вот такое".

Из допущений, которые делаются мэйнстримовыми экономистами логично было бы попридираться к квазилинейности предпочтений, говоря, что на самом деле предпочтения задаются только лишь порядковыми отношениями. Но это от MF не спасает.

[conceptualist.livejournal.com]

Вы действительно можете представить ситуацию, когда правительство отнимает у всех граждан деньги, создает на собранную сумму "общее благо" и складывается ситуация, в которой каждый из граждан более удовлетворён, чем в исходной? Так, чтобы ни один не счёл себя пострадавшим? Это же фантастика! Как можно этого добиться, если не спрашивать людей об их предпочтениях?

[growler.livejournal.com]

А если спрашивать?

[conceptualist.livejournal.com]

Если спрашивать, тогда будет выбор:

1. Брать деньги со всех, даже с тех, кто предпочитает остаться при деньгах, но без доступа к "общему благу". Очевидно, это не будет Парето-улучшением, а будет насильственным перераспределением.

2. Брать только с тех, кто согласен отдать соответствующую сумму за право доступа к "общему благу". Это будет чисто рыночное, добровольное решение; так поступает любой предприниматель.

[likh.livejournal.com]

нет, разумеется, я не считаю, что бывает так, что абсолютно все довольны. Я сам полагаю, что полезности нужно пытаться измерять, но даже не в этом дело. А в том, что либертарианство по сути опирается на существенно неполную модель мира.
В рамках более полной модели - даже той, в которой полезности задаются отношением порядка, Вы не можете показать, что то, что Вы предлагаете - оптимально

[conceptualist.livejournal.com]

Если госрегулирование не приводит к Парето-улучшению, то нельзя утверждать, что исходное рыночное состояние - это failure, провал.

[scholar-vit.livejournal.com]

Тут говорили про игры с ненулевой суммой. Это очень красивое абстрактное понятие. А давайте я расскажу про ситуацию из реальной жизни.

Я -- член ассоциации домовладельцев моего квартала. Эта ассоциация -- вовсе не добровольное образование. Покупая дом, Вы автоматически в неё вступаете, и выбора никакого нет. Если Вы откажетесь выполнять решения общего собрания, оно может по суду Вас к этому принудить. Такое вот мини-государство, опирающееся на аппарат принуждения государства большого.

Главной заботой каждого домовладельца в США является рост стоимости его собственности. Если дом вырос в цене, его можно выгодно продать, переезжая. Под дорогой дом можно одолжить денег в банке под смешные проценты. И так далее. Так что забота о стоимости домов занимет львиную долю времени на общем собрании.

Известно, что озеленение квартала повышает стоимость домов. Всех. На сумму, существенно превышающую стоимость посадки деревьев и ухода за ними. Поэтому засадить квартал деревьями (важно, что весь квартал! Деревце перед Вашим домом не помогает особенно) выгодно всем владельцам. Но штука в том, что прибавка в стоимости каждого дома существенно меньше, чем полная стоимость озеленения.

Предположим, что ассоциация не может принудить никого платить за озеленение. Тогда никто платить не будет -- локально это никому не выгодно. И разрешать пользоваться деревьями только тем, кто за них заплатил, нельзя: благо по определению общее.

К счастью, мы в нашей ассоциации можем принудить всех платить. Мы принимаем решение, раскладываем сумму на всех -- и хочешь или не хочешь, а платить будешь.

Фон Хайек или Мизес могут утверждать, что так не бывает. Не знаю, может они и правы. У нас в ассоциации считают по-другому.

[conceptualist.livejournal.com]

Интересная история. В чём-то эта схема напоминает традиционную крестьянскую общину.

Фактически, ситуация выглядит, как будто вся земля в квартале обременена сервитутами, то есть обязательствами выполнять требования "ассоциации домовладельцев". Тот, кто сегодня покупает в Вашем квартале дом, знает это и понимает, что он, по сути, приобретает не полное право собственности на дом, а лишь частичное, ограниченное определённым образом. Если ему это не нравится, он вправе сказать продавцу, что купит этот дом только со скидкой в столько-то процентов. В любом случае, он сам решает, соглашаться на такие условия или нет.

Аналогично, когда хозяин сдаёт квартиру внаём, он может заявить, что не разрешает жильцу держать в этой квартире собаку, пить в ней с друзьями спирное и складировать горючие материалы, или что он требует от жильца купить за свои деньги в квартиру три фикуса и ежедневно поливать их. Если жильцу не нравится, он может отказаться от сделки или потребовать снижения квартплаты. Но когда они согласились - стороны должны соблюдать контракт.

Поэтому сегодня, когда ваша ассоциация требует от кого-то внести деньги на озеленение, это не насилие, а соблюдение условий договора: человек знал, на что шёл, когда покупал дом в этом месте, и заранее согласился с правомочностью таких требований. А раз сам согласился - значит так ему лучше.

Правда, возникает вопрос, откуда у ассоциации вообще взялось право распоряжаться этими домами. Я надеюсь, всё началось просто с того, что в некий день все владельцы недвижимости в данном квартале добровольно заключили договор, по которому учредили ассоциацию и передали ей часть своих правомочий по пользованию и распоряжению всеми своими постройками. Это нормальная рыночная сделка, ничем не хуже учреждения новой корпорации или кооператива.

Другое дело, если домовладельцев принудили к заключению такого договора, например, власти штата. Вряд ли все домовладельцы были рады, когда узнали такую новость. Нет ничего хорошего и в том случае, если власть ассоциации распространяется не только на дома, чьи хозяева подписали договор, но и на расположенные по соседству. Это уже чистый бандитизм: Джон и Джек вправе договариваться насчёт своих домов о чём угодно, но их соглашение не накладывает никаких обязательств на Билла, который не имеет к ним никакого отношения и просто живёт по-соседству.

Короче, никто не отрицает, что ваша ассоциация действительно существует. Если она возникла в результате добровольного соглашения всех домовладельцев квартала, то в ней нет ничего насильственного и вреда от неё никакого нет. Но в таком случае аналогия с государством неуместна. Потому что обязательства гражданина перед госчиновниками возникают, увы, не в результате их добровольного взаимного соглашения и не в результате приобретения гражданином имущества, обременённого сервитутами. А в результате одностороннего государственного насилия.

[pargentum.livejournal.com]

>если есть два состояния мира - нынешнее и следующее, и во втором из них у каждого человека благ больше, чем в первом, то мы с вами (и Парето) скажем, что второе состояние лучше первого. Либертарианцы же, по сути, утверждают, что этого недостаточно и что необходимо также, чтобы из первого состояния ко второму можно было придти через цепочку покоординатных улучшений (ака добровольных обменов).

Ну да. Потому что без такой цепочки мы не можем знать, действительно ли каждому стало лучше от нового набора благ. Потому что случай, когда у каждого человека стало благ больше - совершенно нереалистичен. Любой реальный экономический процесс - это обмен одних благ на другие, и поэтому если у кого-то чего-то стало больше, практически всегда это означает, что чего-то у него стало меньше. А часто также что у кого-то еще чего-то другого стало меньше.

Там вон vvagr обсуждает дверь в подъезде. А дверь - это ведь не только собранные на ее установку деньги. Мы когда дверь ставили (не в мысленном эксперименте, а в реальном подъезде), двое теток ругались, что через нее нельзя пройти с сумками в руках. Еще один кадр ругался, что к нему в гости ходить никто не сможет. Еще кто-то - что она хлопает. Так что вопрос о том, кто что потеряет и что приобретет - он не такой уж простой даже, вроде бы, в простом для моделирования случае.

Когда сделка добровольная - все эти вопросы с довольно высокой вероятностью были решены в момент ее заключения. Когда она для кого-то принудительная - ...

[mi-b.livejournal.com]

ваши соседи ведут себя в соответствии с теорией игр - каждому выгодно занижать представление других о полезности двери для него, это, до некоторой степени, повышает готовность других заплатить больше ;)

а вот вы напрасно смешиваете трудности верификации и трудности Парето-оптимизации. Ну да, оптимально по Парето мало что бывает, люди за тысячи лет общежития усвоили, что иногда приходится (или "лучше") заставить кого-то чем-то пожертвовать для других. Да, без аггрегации полезностей этого "лучше" не определить. Но представления большинства нормальных людей о "лучше" именно таковы. И, пока они таковы, честные либертарианцы должны бы вставлять во все свои экономические рекомендации дисклеймер "мне пофигу, будет ли у вас интернет, дверь в подъезд, дамба, пограничники или нет, мне важно, что бы все было кошерно halal через добровольные обмены" ;)

[pargentum.livejournal.com]

>ваши соседи ведут себя в соответствии с теорией игр - каждому выгодно занижать представление других о полезности двери для него, это, до некоторой степени, повышает готовность других заплатить больше ;)

Схемы с уплатой разной доли не обсуждались. Обсуждалась только целесообразность.

>а вот вы напрасно смешиваете трудности верификации и трудности Парето-оптимизации.

Так как же их не смешивать, если невозможность верификации (невозможность, подчеркиваю, а не "трудности") убивает всю конструкцию на корню?

А насчет "усвоили что лучше" - да, конечно, мне будет хорошо, если кто-то для меня что-то безвозмездно пожертвует. Поэтому все схемы насильственной оптимизации по Парето работают лишь постольку, поскольку большинство думает, будто жертвовать будет кто-то другой. А по мере понимания, что под раздачу могу попасть и я тоже, такие схемы начинают разваливаться. Как в современной России.

[mi-b.livejournal.com]

уй, до чего же либертарианцы любят использовать слова "все" и "всегда" ;)

все схемы насильственной оптимизации по Парето работают лишь постольку, поскольку большинство думает, будто жертвовать будет кто-то другой.

это просто неверно. где-то думают, что будут сами платить, где-то нет. за дверь в подъезде в той модели как раз при принуждении платят все. в дилемме узников, кстати, тоже.

Cейчас Россия движется по спирали в одну сторону, а многие другие страны в другую. Например, объем налоговых изъятий как процент GDP вырос в Британии и за последние пару лет, и за последний век, и за последние 2 века. За последние 30 лет, кажется, снизился (точно не помню). За следуюшие 5 лет, наверняка, вырастет. In the long run we shall all be dead ;)

[conceptualist.livejournal.com]

Любая аггрегация полезностей произвольна.
А Ваше суждение о "представлениях большинства нормальных людей" ещё надо доказать.

[scholar-vit.livejournal.com]

Честные либертарианцы должны бы вставлять во все свои экономические рекомендации дисклеймер "мне пофигу, будет ли у вас интернет, дверь в подъезд, дамба, пограничники или нет, мне важно, что бы все было кошерно halal через добровольные обмены" ;)

Очень хорошая формулировка

[vinopivets.livejournal.com]

Значит ли это, что "мы с вами (и Парето)" считают, что траектория роли не играет?

[mi-b.livejournal.com]

траектория, конечно, бывает важна. В том смысле, что если путь от $1 к $2 проходил через $0, то удовольствие в конце его может быть выше или ниже, чем если он проходил только выше $1. Или чем если путь через $0 не проходил, но по дороге в рожу плюнули. Однако во многих ситуациях функция полезности каждого участника, зависящая только от конечного богатства, является неплохим приближением. Тем более, что введение неопределенности в динамическую стратегию создает многие эффекты, похожие на неприятность от $0 по дороге - могу дать ссылку на книжку Merton, если хотите.

Во многих моделях мир одношаговый - есть только два состояния. Поэтому никакого пути нет.

Проблема с ограничением допустимых траекторий - в том, что они могут завести в довольно низкий локальный максимум и не довести до куда лучших состояний, что видно уже на 2 игроках в дилемме узников.

[vinopivets.livejournal.com]

А давайте без чисел. Назовем один доллар из Вашего примера зажиточностью, два - богатством, а 0 - банкротством, болезнью, смертью. Будем мы тогда говорить о функции полезности (почти всюду разрывной) или придется что-то другое придумывать?
Ссылку на книжку Merton хочу.

[vi-z.livejournal.com]

Комментарии либертарианцев освованы на том, что не все состояния мира сравнимы с точки зрения всех участников сразу (чтобы говорить о какой-то общей оптимальности), и на другом понятии договора.

то мы с вами (и Парето) скажем, что второе состояние лучше первого.

И при этос прекрасно сможете заключить договор со всеми с вами согласными на переход в новое состояние.

У вас неадекватное представление о слабости договоров как каких-то "покоординатных улучшений", происходящее из метафоры градиентного спуска или еще чего-то такого.

Когда вы рассуждаете об обществе, вы представляете себя в виде этакого бога, которому доступна картина в целом, а остальных участников общества как мелких людишек, не видяших дальше своего носа, и которым доступны лишь "покоординатные улучшения".

Противники либертарианства (за исключением экономистов и теоретиков игр вроде likh, обсуждающих технические вопросы) являются прогрессоры, которые в действительности хотят навязать обществу свое представление о всеобщем счастье, но которым недостает смелости игнорировать мнение его членов в открытую, как у большевиков.

[mi-b.livejournal.com]

Когда вы рассуждаете об обществе, вы представляете себя в виде этакого бога, которому доступна картина в целом, а остальных участников общества как мелких людишек, не видяших дальше своего носа, и которым доступны лишь "покоординатные улучшения".

нет. как уже два или три раза упоминалось в этом треде, проблемы, возникающие в ситкациях типа узников или строителей двери не предполагают неполной информации или ограниченной рациональности агентов. читайте, типа, тред у likh или wikipedia.

Комментарии либертарианцев освованы на том, что не все состояния мира сравнимы с точки зрения всех участников сразу это неверно - либертарианцы считают, что для каждого участника все, может, и сравнимо, но постулируют, что не может быть никакой аггрегации полезностей. это их представление противоречит мнению большинства нормальных людей, но, вобщем, понятно.

И при этос прекрасно сможете заключить договор со всеми с вами согласными на переход в новое состояние.

а вот это неверно. то есть, могу, но это может быть неоптимально для меня в отсутствии принуждения всех участников.

У вас неадекватное представление о слабости договоров как каких-то "покоординатных улучшений", происходящее из метафоры градиентного спуска или еще чего-то такого.

это не метафора. тут либертарианцы в треде твердят, что оптимальное состояние определяется как то, куда можно прийти через цепочку добровольных обменов. при каждом обмене, по определению, мы улучшаем полезность лишь сторон обмена - это и есть шаг вдоль координатных осей этих агентов.


Противники либертарианства (за исключением экономистов и теоретиков игр вроде [info]likh, обсуждающих технические вопросы) являются прогрессоры, которые в действительности хотят навязать обществу свое представление о всеобщем счастье, но которым недостает смелости игнорировать мнение его членов в открытую, как у большевиков.


хе-хе, еще один прибежал ярлыки клеить ;) на забор, пожалуйста

[scholar-vit.livejournal.com]

Спасибо. Очень интересные работы. Я очень мало знаком с предметом, и приятно видеть, что аккуратные результаты подтверждают интуитивно понятные вещи.

[kouzdra.livejournal.com]

Интересный пример (интересен тем, что я его не встречал в классификация market failures):

Есть баба Нюра, которая питается колбасой (качествнным продуктом) и хлебом (некачесвтенным продуктом). Каждый продукт калорийно равноценен - 1 ккал на грамм (равноценность несущесственна, но так проще считать).

1000 Г хлеба стоят 10 ры, 200 г колбасы - 10 ры также.

Бабе Нюре для выживания требуется 1200 ккал в день. Баба Нюра получает менсию 30 ры в день. Она хочет питаться получше и есть 1000 г хлеба и 200 г колбасы. Хлеб дорожает вдвое - 1000 г хлеба стоит 20 ры. Реакция бабы Нюры - правильно - на хлеб надо тратить больше. Цена выросла - спрос - тоже вырос.

Вывод - дорожанеие некачественных товаров первой необходимости может вызывать рост спроса на них, что вызывает дальнейшее подорожание их и вымываение качестсвенных. Сталибилизанция наступает на уровне уничтожения сколько-нибудь качественного спроса. В реайльной ситуации до полного краха не доходит благодаря имущественном расслоению - если есть люди, которые получают в 10 раз больше бабы Нюры - они не дадут вовсе пропасть колбасе.

Собственно - реформа Гайдара - это вот оно самое.

спрос на хлеб остался тем же

[freedom_of_sea.livejournal.com]

спрос на хлеб остался тем же (объем закупок)
упал спрос на колбасу (копим на хлеб).

А вообще к чему это ? Этот пример что доказывает?

Re: спрос на хлеб остался тем же

[kouzdra.livejournal.com]

Спрос на хлеб увеличился. Потому что надо компенсировать
выпадающие колбасные калории. А доказывает пример только то,
что отрицательная элластичность спроса (то есть - рост спроса
при росте цены) - ничему не противоречит.

Факт хорошо известный, но в узких кругах. Популяризировать его
рыночникам не с руки, а для противников это слишком сложно.

А еще - это именно модель "гайдаровской реформы" - там именно
самые дешевые товары вытеснили все остальные.