Из записок преподавателя. 3. Чему мы на самом деле учим

[scholar_vit]

lugovskaya пишет, что я был "одним из трех людей", научивших её писать стихи. Она так говорила и раньше, не только по случаю моего дня рождения, и это утверждение меня всегда удивляло. Во-первых, я сам писать стихов не умею, и кроме обязательных юношеских Стихов По Случаю Неразделённой Любви ничего не писал. Во-вторых, я не помню, чтобы я сознательно учил Таню стихотворчеству.

Надо сказать, что и другие люди иногда признавались мне в том, что я их чему-то научил. И, как и в случае с Таней, это меня обычно ставит в тупик. Уж очень не соответствуют их утверждения учебным планам или моим намерениям. Да и в том, чему я их якобы научил, я обычно разбираюсь примерно как в стихотворчестве. Я бы очень хотел понять, что осталось от меня у тех, кому я уже скоро 25 лет преподавал. Но так как спрашивать у них неудобно, да и далече многие, я пошёл другим путём: задумался, а чему научили меня мои преподаватели? Ниже я расскажу о двух уроках о сущности науки, которые сегодня кажутся наиболее важными.

Первый урок дал мне мой руководитель Н.М. Я тогда был зелёным аспирантом и принёс ему первую статью, основанную от начала и до конца на моей идее. Мы встретились через пару дней. Я спросил, есть ли ошибки. "Давай начнём с того, что исправим главную ошибку," - ответил он. Вынул красный карандаш и аккуратно вычеркнул в рукописи свою фамилию.

Этот урок был для меня не только уроком этики: ну да, человек не имеет права подписывать статью, которую он не писал и не задумывал. Этот урок основательно внушил мне мысль, которую Н.М. долго и старательно в меня вбивал и до того, и после: в науке нет начальства и подчинённых, старших и младших, а есть только истина и люди, работающие на эту истину. Эта мысль потом помогала мне в работе. И да, иногда мешала карьере - но не смертельно.

Второй урок был преподан не мне, а моему другу А.-П. Но А.-П. настолько красочно и сильно рассказал эту историю, что урок оказался и моим тоже.

А.-П. тогда был аспирантом. Перед тем, как разъехаться на каникулы, он со своей руководительницей договорились поработать над некоей проблемой. После каникул она принесла довольно толстую стопку исписанной бумаг: "Вот я тут кое-что подсчитала". А.-П. сказал: "Знаете, я тоже работал и сумел доказать, что параметр, который мы считали малым и на этом основывали теорию, на самом деле не мал". Она удивилась. Тогда А.-П. предъявил ей доказательство: полстранички текста. Руководительница прочла. Задумалась. Перечитала. Затем взяла свою стопку и с видимым усилием: всё-таки немолодая женщина, - разорвала результат пары месяцев работы пополам и переложила в мусорную корзину. "Эта история, - сказал А.-П., - лучше любых лекций объяснила мне, что такое наука".

Вот такие истории. А какие главные уроки своих преподавателей помните вы?

Comments

Re: Большой секс на малых параметрах

[flying-bear.livejournal.com]

Важно просто помнить, что кролики - это не только ценный мех, но и 3-4 килограмма нежного и вкусного мяса.

То, что хотел - не получилось (очень часто), зато что-нибудь другое - получилось. Тоже интересное. Чтоб работа была совсем уже не поучительна... на выброс... Честно говоря, трудно представить. Понятно, что между опубликовать и выкинуть в мусор - много промежуточных ступеней. Отложить для дальнейшего додумывания, например...

Re: Большой секс на малых параметрах

[scholar-vit.livejournal.com]

Ну, то, что ценно, часто остаётся именно в голове. А интегралы - дело наживное.

Re: Большой секс на малых параметрах

[scholar-vit.livejournal.com]

Кстати, если расчеты на бумаге, то хранить все промежуточные и неверные вещи просто невозможно: их за год воон сколько набегает.