scholar_vit | Пересматривая "Ну, погоди!"

Если не ошибаюсь, ygam рассказывал, как в кружке Эйн Рэнд восприняли полет первого спутника. Дело в том, что символом веры Рэнд было то, что при социализме никакое творчество невозможно, Поэтому советская технология может быть только украденной западной. Но спутник был очевидно оригинальной разработкой: на Западе таких ещё не было. Следовательно, его существовать не может, а любые сообщения о нём - советская пропаганда и обман. Членов сообщества, робко предполагавших, что Советы все-таки могли запустить спутник, безжалостно выгоняли.

Вскоре после падения советского режима аналогичная точка зрения возобладала в "поп-критике". Расхожим мнением в псевдоинтеллигентских кругах стало то, что поскольку творчество при социализме невозможно (см. выше), все советские произведения литературы, музыки, кино и т.д. просто украдены на Западе. Особенно почему-то нападали на детскую литературу - возможно, впрочем, что критики, выйдя из нежного возраста, уже ничего не читали. Наряду с несчастным Волковым, который в 1939 году, скорее всего, испугался упомянуть в своей переработке имя Баума, доставалось многим другим, включая Лазаря Лагина, который, как утверждали критики, украл "Хоттабыча" у британского автора. Надо сказать, что Лагин был человеком, мягко говоря, не очень хорошим. Тем не менее, идея, что насквозь советская повесть могла быть списана с западного образца, достаточно своеобразна.

Среди жертв такой критики оказался и Котеночкин. Утверждается, что "Ну, погоди!" является просто плагиатом серии про Тома и Джерри. Образец такого мнения можно найти вот тут. Автор, кстати, походя чохом обвиняет в "отстое" всю советскую мультипликацию - ну конечно, что, кроме тупо передранного, может быть в совке?

Честно говоря, мне непонятен пафос этих обличителей. Видит Бог, я не апологет СССР, но тезис, что в Советском Союзе все поголовно были неспособны к творческой деятельности, мне кажется только оправдывающим советскую систему. Скажите на милость, как же иначе управлять этими вороватыми импотентами?

Я недавно пересмотрел "Ну, погоди!". Могу сказать, что обвинять Котеночкина в плагиате у Ханна и Барбара - это то же, что обвинять Толстого в том, что "Анна Каренина" списана с "Ромео и Джульетты", поскольку и там, и там главная героиня кончает с собой из-за любви. "Ну, погоди!" - это произведение очень советское, и нигде, кроме Советского Союза поздней эпохи, оно снято быть не могло. И как и положено настоящему произведению искусства, оно рассказывает о своем времени что-то, чего авторы, возможно, и сами не понимали. Но об этом чуть ниже.

Первое, что поражает в "Ну, погоди!" - это музыка. Музыкальный ряд в мультфильме весь составлен из популярных мелодий своего времени. Их выбор тонок, ироничен и замечательно иллюстрирует повороты сюжета. Этот комментарий рассчитан не на детей - он для взрослых зрителей, причем тоже не всех. В самой первой серии, когда Волк карабкается по веревке к Зайцу на балкон, за кадром звучит мелодия "Если друг оказался вдруг...". Самого голоса Высоцкого нет, но авторы фильма явно рассчитывали на достаточно "своего" зрителя, легко подхватывающего музыкальную цитату. Эта планка выдерживается в каждой серии фильма, сталкивающего видео- и звукоряд, подсмеиваясь и над своими героями, и над популярной музыкой.

Кстати, я сомневаюсь, что такой прием возможен в американском или современном российском фильме: законы о копирайте обрели зубы. С точки зрения американского права пародийное использование отрывков мелодий вроде бы подходит под fair use, но десятки мелодий в каждой серии, т.е. сотни возможных исков и чудовищные судебные издержки на доказательство fair use, как мне кажется, испугают любого продюсера. И Котеночкину, и Шекспиру повезло: они жили до современного законодательства о копирайте. Впрочем, Котеночкину пришлось познакомиться и с оборотной стороной ситуации: в 1980-1981 годах Бутырин снял три так называемых "телевыпуска 'Ну, погоди!'", преспокойно позаимствовав у разных авторов не только Волка и Зайца, но и Чебурашку с Геной, Больного Бегемота и многих других.

Дальше, удивительно плотен в "Ну, погоди!" не только звукоряд, но и видеоряд. Волк и Заяц живут не в условном мире мультсказки, но во вполне конкретном, узнаваемом, детализированном мире. Все: от формы троллейбуса и турникетов метро до авоськи, с которой Заяц ходит за арбузами, - соответствует "миру семидесятых". Он играет в фильме не меньшую роль, чем приключения главных героев. Разумеется, детали пародийны и очень смешны. Чего стоит плакат "Пейте морковный сок" с изображением зайца, напоминающий массу советских псевдорекламных плакатов того времени. Поражает веселая фантазия авторов, их неистощимая выдумка, просто брызжущая творческая энергия. Изображая зверей на пляже в плавках и купальниках, авторы рисуют свинью в виде узнаваемой матроны - но с лифчиком на дюжину чашечек; опять же, адресатом шутки является явно взрослый зритель. Удивительна концентрация шуток: авторы не "дожимают" их, не дают зрителю досмеяться над одной, без промедления переходя к новой. Это щедрость таланта, уверенного в своей силе.

Но в фильме много не только неодушевленных предметов, деталей быта. Он также очень плотно "населен". В нём масса эпизодических персонажей, прекрасно выписанных авторами. Характерна сцена из второго выпуска "Ну, погоди", где Волк на пляже переступает одного за другим отдыхающих, почти вплотную лежащих друг с другу. Сериал очень точно передает мироощущение советского городского жителя, с детства привыкшего быть окруженным другими людьми: в тесном транспорте, в коммунальной или малогабаритной квартире, как мы видели, даже уехав отдохнуть на пляж. "Перемешаны наши дыханья, перепутаны наши следы". По сравнению с перенаселенным "Ну, погоди!" действие "Тома и Джерри" разворачивается в пустыне.

Интересно проследить за поведением этих персонажей. Если это сделать, начинает явственно казаться, что социопат в сериале - не только Волк. На самом деле проблемы с социальной адаптацией - почти у каждого из них.

Действительно, Волк боится только милиции и тех, кто сильнее его: Медведя, Бегемота, Льва или там Пса с ружьём, заряженным солью. Ему ничего не стоит смахнуть со скамейки или с театральных рядов кучу зверюшек поменьше, отобрать у них что угодно, от коньков до автомобиля или даже навести шкуркой проходящего мимо бобра глянец на ботинки. И самое интересное, что это поведение воспринимается как должное. Никто и не думает протестовать. Да, каждый из этих персонаже слабее Волка - но ведь десяток обиженных малышей могли бы сообща дать Волку сдачи. Они, однако, не умеют объединяться. Не доверяют они и властям: не только Зайцу, получающему от погони истинное удовольствие, но и любому из персонажей не приходит в голову обратиться к милиционерам. Персонажи "Ну, погоди!" не только не способны попросить о помощи, они ещё и неспособны оказать её: несмотря на то, что приключения Волка и Зайца происходят среди бела дня на людных местах, никто из "сильных" персонажей совершенно не интересуется происходящим. В мире "Ну, погоди!" каждый сам по себе.

Обычно социопат идет против общественного мнения. Но в "Ну, погоди!" общественного мнения не существует. Эта ситуация встречается на детской площадке, где один хулиган можетт держать в страхе кучу малышей. Но подрастая, дети социализируются - чего с обитателями "Ну, погоди!" не произошло.

На жаргоне советской милиции и следователей потерпевшего зовут очень емко и метко: терпилой. Мир "Ну, погоди!" состоит из "сильных" и "терпил". Собственно, главная причина того, что приключения Волка и Зайца смешны - это инверсия ролей. Заяц отказывается быть терпилой, и поэтому терпилой становится Волк. Но эта инверсия может быть смешна только в том случае, если само разделение на сильных и терпил принято как данность.

Тот факт, что советское общество в массе состояло из неспособных к общественной деятельности "терпил" и "сильных" - и есть главная правда "Ну, погоди!", возможно, не до конца понятная и самим авторам. Она объясняет парадоксы постсоветской истории, когда "самое читающее" население позволило себя несколько раз банально ограбить, когда в 90-е десяток бандитов держал в страхе стотысячный город, когда и сейчас в России нет ни толковой муниципальной власти, ни непроплаченных общественных движений, ни реальных политических партий. Это объясняет, почему двери роскошных квартир с евроремонтом часто открываются в пропахший мочой подъезд, а дорогие автомобили подъезжают к нему по по грязному незаасфальтированному двору.

Но почему же советский человек неспособен к общественной деятельности? Есть соблазн списать это на загадочную русскую душу - но опыт показывает, что этим же свойством обладает и загадочная татарская душа, и загадочная еврейская душа, и загадочная якутская душа, и так далее вплоть до дружественной степям загадочной калмыцкой души. На мой взгляд, дело скорее в Советской Власти. Она параноидально опасалось, что любое объединение граждан затевается с целью свержения строя (ещё Бухарин заметил, что в этой стране могут быть только две политические партии: одна у власти, одна за решеткой). Поэтому в 30-е годы в тюрьмы шли несчастные эсперантисты - возможно, и велосипедистам досталось. Даже в вегетарианское брежневское время для невиннейшего занятия: собраться у костра попеть посредственные стихи под примитивные мелодии, - требовалось известное гражданское мужество. Гражданам было позволено объединяться только по указанию свыше, под контролем парткома и - через непременных стукачей - "органов". Любое другое объединение считалось подозрительным и грозило неприятностями участникам.

Утверждается, что СССР был коллективистским государством. Это неверно. Да, в нём подавлялась индивидуальность. Но не менее - даже более - жестоко в нём подавлялась коллективная самодеятельность. Пару дней назад об этом очень интересно написал f_f. И за семьдесят лет Советской Власти удалось создать нужный тип человека: существа не только аполитического, но и асоциального.

Возвращаясь к "Ну, погоди!", подытожим. Это оригинальное и очень советское произведение, сделанное советскими людьми о советских людях. Возможно, именно поэтому не удались последние серии, "подаренные девочкам и мальчикам фирмой АМТ".

Page 1 of 3 << [1] [2] [3] >>

Flat | Top-Level Comments Only

From:

ygam.livejournal.com

Я это видел в книжке Intellectual Morons, которая цитирует книжку The Ayn Rand Cult.

From:

o-proskurin.livejournal.com

Спасибо! Очень много точного и верного.

"По сравнению с перенаселенным "Ну, погоди!" действие "Тома и Джерри" разворачивается в пустыне" - замечательно тонкое наблюдение. Это, кстати, справедливо по отношению ко всем практически американским мультикам с "парными" героями.

From:

scholar-vit.livejournal.com

Спасибо

Пересматривая "Ну, погоди!"

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags