Для молодежи: советская наука и мир

[scholar_vit]

Предыдущая запись вызвала массу откликов о легкости найти зарубежную книгу в эсесесере и т.д. Люди рассказывали, как они хорошо жили в светлом вчера и как читали по вечерам свежий Nature — разумеется, если там не было замазанных тушью цензора абзацев.

Людей, тоскующих по миру, которого никогда не было, я убеждать не буду: раньше, конечно, все было лучше, и даже эрекция была куда сильнее. Но для молодежи я все-таки расскажу, как оно было на самом деле.

Вначале пару слов про себя. Я ситуацию знаю не понаслышке. Я, как догадались некоторые комментаторы, в оны времена подрабатывал автором абстрактов в РЖ: была такая толстая серия советских журналов, где печатали краткое содержание западной научной литературы. Деньги платили маленькие (одно время, правда, в валюте, но это быстро прикрыли), зато статьи можно было читать свежие. Раз в месяц или два я ездил в командировку в Москву: читать статьи в ГПНТБ. Оттуда килограммами возил ксерокопии, сгибаясь под тяжестью бумаги. Технология была такая: сидишь, читаешь РЖ, делаешь списки, потом едешь в Москву, потом разбираешь добычу. Мои первые статьи были напечатаны в зарубежных журналах. На мою молодость пришлось открытие границ, так что среди моих первых серьезных конференции были зарубежные. Как раз во время путча ГКЧП я оформлял поездку на школу НАТО (см. старую запись).

Итак, ситуация вкратце была такая.

С научной литературой по естественным наукам и математике было хорошо. Даже очень хорошо. До подписания СССР конвенции по авторским правам журналы типа Phys Rev нагло перепечатывались и рассылались даже по провинциальным библиотекам типа Одесской. После подписания лафа кончилась, и нужно было, как сказано выше, ездить в Москву (подозреваю, что в Ленинграде, Новосибирске и др. были свои аналогичные центры, но проверять не приходилось). Был очень неплохо поставлен перевод: книги издательства "Мир" выходили оперативно. Я помню, каждый год, когда в магазин приходил план издательства, просиживал за ним часы, заполняя открытки со своим адресом: когда книжка выходила, магазин слал мне об этом открытку.

С науками, к военной машине отношения не имевшими, было хуже. Это уже имело отношение к идеологии и контролировалось строго. Я помню, что для чтения Тертуллиана и Иосифа Флавия у меня было специальное разрешение, полученное по справке с кафедры научного атеизма о проведении научной работы. В области гуманитарных наук значительная часть даже старых книг требовала разрешения (Фрейд, кстати, почему-то выдавался свободно). Переводов новых книг не было, журналы выдавались по спецразрешению. Впрочем, если естественные науки касались идеологии, контроль тоже был. В комментариях к предыдущей записи рассказывают, как в Nature замазывались колонки. Я тоже помню эти копии с цензурированными статьями на соседних страницах.

Но даже в области естественных и точных наук были жесткие ограничения на "обратный поток": публикацию статей за рубежом. Я жил в переходную эпоху, когда разрешение уже давали, но оно еще требовалось. Помню, как я как-то подсчитал, что на трехстраничную статью у меня было пять страниц справок с печатями (заключение экспертного совета на двух страницах, разрешение из ЛИТО, бумага из Первого отдела, письмо из ректората). А для моих учителей это было куда сложнее — я уж не говорю про непосредственное общение на конференциях. Первые зарубежные паспорта мы с ними получали вместе.

В итоге даже в естественных науках масса исследователей довольно плохо знала иностранные языки: если читать еще как-то могли, то писать и говорить получалось хуже. Это приводило к постепенному расхождению: советские и зарубежные исследователи все больше говорили о разных вещах. В науках же общественных был просто барьер между тем, что и как обсуждали "там" и "тут" (ivanov_petrov когда-то довольно подробно обсуждал этот барьер). Как я написал в предыдущей записи, меня поразило, насколько велик был этот барьер в психиатрии: автору цитированной мной заметки пришлось специально подчеркивать, что Снежневский читал англоязычную литературу по специальности, ну просто титан мысли какой-то!

Советская наука на моих глазах провинциализировалась. Если в области точных и естественных наук этот процесс еще только шел (наряду с указанными выше проблемами все больше сказывалось отставание в экспериментальной и компьютерной технике), то в других областях он был практически завершен. Весьма характерно, что комментаторы к предыдущей заметке уверены, что кроме интегралов и матриц плотности науки нет: в СССР ее там и не было.

Ну, а потом кончился СССР и советская наука.

Comments

[thrasymedes.livejournal.com]

Поделюсь своим опытом.
Химфак МГУ. Уже при выполнении курсовой на 1 курсе студенты должны были читать англоязычные журналы. Библиотека вся заставлена журналами и книгами на английском, немецком, французском, а русскоязычные журналы скромно жались по углам. И все это воспринимали как единственно возможную ситуацию. Не могущий читать по специальности англоязычную литературу - лаборант, а не ученый. Да и не помню я таких. Было модно учить второй иностранный язык, особенно японский.

Конечно, представить, что в каких-то областях иноязычная литература под запретом, выдается только особо проверенным товарищам, мне было бы трудно. Но свидетелей много

[kouzdra.livejournal.com]

подозреваю, что в Ленинграде, Новосибирске и других центрах были свои аналогичные центры, но проверять не приходилось

В Ленинграде точно был - в Михайловском замке.

[fortinbras.livejournal.com]

На английском все читали.

Даже я читал ангельский, после немецкого в школе, университете и аспирантуре. А куда было деваться-то...

Писать - было полно помощников, кто поправил.

[jenya444.livejournal.com]

Не знаю, чем вызван такой сарказм этого поста. Я лично только написал про своего папу в физике атмосферы. Раз зашла речь о гуманитарных науках, расскажу про жену. Как мы понимаем, исключительно для молодёжи. Жена историк - археолог. В археологии надо (было) знать много языков, статьи публикуются на английском, немецком, французском, иногда на итальянском и польском. Были следующие библиотеки: историчка, университетская библиотека, иностранка, ленинка. В иностранку пускали студентов. В ленинку - начиная с аспирантуры. Там было примерно 80 процентов нужных ей журналов. Особо серьёзных проблем она не помнит. Выезд за границу, публикация за рубежом - это другая история. Опыт московский, восьмидесятые годы.

[ermenegilda.livejournal.com]

В Иностранку, вроде, пускали всех с московской пропиской? Или это касалось только художественного абонемента?
А за хранение дома дореволюционных изданий Иосифа Флавия наказывали?

[ermite-17.livejournal.com]

Я в те же годы писал кандидатскую диссертацию по лингвистике. В Москве не было тогда и нет сейчас НИ ОДНОЙ библиотеки, укомплектованной современной лингвистической литературой хотя бы на уровне среднего западноевропейского университета, имеющего программу обучения по этой специальности. Мне приходилось работать в читальных залах шести (!) библиотек и при этом помнить, какая книга или журнал где лежит, а каких книг и журналов или их выпусков в СССР нет вообще. (Нищета нынешних российских библиотек компенсируется электронными частными библиотеками исследователей.)

[scholar-vit.livejournal.com]

Я работал в ГПНТБ; не помню точно, но кажется, что у меня было направление с работы.

За "Иудейские древности" в домашней библиотеке вряд ли посадили бы. Но при обыске вполне могли бы и украсть: антикварная книга все-таки.

[jenya444.livejournal.com]

Понимаю. А где была кафедра лингвистики, в университете или пед. институте?

[ermite-17.livejournal.com]

Кафедры не было. Я был аспирантом в АН СССР.

[prof-yura.livejournal.com]

"Переводов новых книг не было".

Гэлбрейта переводили и издавали. Другое дело, что достать было трудно, но и "Анну Каренину" купить было непросто.

[sl-lopatnikov.livejournal.com]

1. А кому на хер нужны "неестественные науки" - Вы вообще о каких "науках" говорите?
2. В Nature цензурироавли несвойственную Nature по теме антисоветчину.
3. Ограничения на публикации на Западе были ПРАВИЛЬНЫМИ - особенно в области естественных наук. Зато на западе советские журналы переводились... Но это обеспечивало выигрыш во времени для действительно важных направлений.
4. По экономике вся существенная литература переводилась.
5. Иосиф Флавий был издан в открытой серии "Литературные памятники" . Правда, по советским временам тираж, был "маленьким", типа 50000 экземпляров. Так что не надо про "разрешения" Их чаще всего давали, чтобы не крали. И почему вы работали в ГПНТБ, а не в разы большей Ленинке?

[sl-lopatnikov.livejournal.com]

Какое направление с работы? ДИПЛОМ надо было иметь, Так как мест в библиотеках не хватало. И почему надо было Флавия искать в НАУЧНО_ТЕХНИЧЕСКОЙ библиотеке, а не, в Ленинке или ИНИОН??? Вы бы еще в Медицинской поспрашивали.

[sl-lopatnikov.livejournal.com]

О каких "общественных науках" вы говорите?

[alexispokrovski.livejournal.com]

Все точно так. 100%.

Сейчас это трудно себе представить, да. Как трудно представить мир без мобильников. Да что там мобильников. Представьте мир без современных стиральных машин-автоматов. Без, пардон, памперсов.

И без очень-очень многого еще. И с очень-очень многим вместо. История КПСС, м? А ведь это все было, было.

[sl-lopatnikov.livejournal.com]

Что было-то?

И что история КПСС?
Была и история Древнего Мира - с 5 класса средней школы, и История Средних веков. И Новейшая история, И История СССР... И История КПСС тоже. И что? - Двойку получили?

Придурки какие-то набегают безмозглые.

[sl-lopatnikov.livejournal.com]

В Ленинкк не было современной лингвистики? И как Апресян только работал?

[ermite-17.livejournal.com]

Ленинка несравненно хуже укомплектована современной лингвистической литературой, чем даже Иностранка или библиотека ИНИОНА, хотя и там колоссальные пробелы. Лингвистические серии издательств Mouton, Brill, CUP или OUP, попадают туда только спорадически, а изданий, скажем, MIT Press, Reidel или Foris там никогда не было и нет сейчас. О современных журналах или ежегодниках лингвистических обществ и говорить смешно. В Ленинке, кроме одного-двух наименований, ничего нет.
Лексическая семантика, которой всю жизнь занимается Апресян, - направление, в последние лет 40 лет почти не развивающееся на Западе. То немногое, что выходило на эту тему, он и люди из его школы в основном получали по почте (если не пропадало), или это привозилось в результате нечастых (мягко говоря) поездок за рубеж или приездов иностранцев. Изданные на Западе монографии ближайшего коллеги и соавтора Апресяна - И.А. Мельчука после его эмиграции не только не попадали в советские библиотеки, его имя нельзя было упоминать в советских публикациях.

[janus-n.livejournal.com]

Я был асспирантом в НИИ в 1989-1991 по специальности "Теплофизика". Занимался теплообменом в двигателях внутреннего сгорания. Западная периодика в библиотеках была, и восточная (японская на японском языке) тоже.

Но! Я был единственным сотрудником в отделе, кто мог читать по-английски. Поэтому до моего прихода работа с периодикой выглядела так: сотрудник искал аннотации в РЖ по-русски. Заказывал ксерокопии английских или японских статей. Полученные статьи сдавал в бюро переводов.

Заказанные статьи приходили обычно через год, редко раньше. Сроки перевода были примерно такие же (с японского - дольше). Учитывая, что аннотации в РЖ тоже появлялись с задержкой, выходило, что сотрудники знакомились с новостями в западной науке с опозданием на 2-3 года.

Я со своим английским чувствовал себя зрячим в стране слепых! Я шел в библиотеку, выбирал нужные статьи для всего отдела, копировал, нес их в переводческий кооператив (тогда они как раз появились) и переводил за институтские деньги. В результате народ стал получать новости в течение считаных месяцев вместо нескольких лет. А потом я уехал из Союза, а Союз развалился. Перед отъездом я оставил народу подарок: штук пять переведенных статей бесплатно.

[ermenegilda.livejournal.com]

Оффтоп. А ведь тогда никто не понял бы шутку: "А потом Иосиф Флавий перешел на сторону федералов"! Или уже в 82-м году говорили: "Представьте себе, что командир душманов почетно капитулировал и выпустил книгу воспоминаний. Насколько этой книге можно будет доверять?"?

[http://users.livejournal.com/_shadow__/]

точности воссоздания атмосферы ради: у нас (казанский госуниверситет) фрейд был в спецхране (начало 80-х), выдавался только по представлению завкафедр профильных (гуманитарных) факультетов с визированием спецотдела. Равно как и подшивки советских газет (до 53-точно, но кажется и хрущевские тоже).
Был еще один канал, по крайней мере у естественников; если публикация не находилась в ГПНТБ - как ни странно, можно было написать автору публикации - и довольно часто (хотя и весьма нескоро) приходил ответ, обычно автор добавлял туда и другие пбликации по теме. Но я этим начал пользоваться уже во второй половине 80-х, может до этого подобая либеральность и не допускалась.
в "ящике" был и еще канал (и небольшой приработок): туда стекались вороха сделанных нелегально копий всяческих внутренних документов западных фирм и исследовательских центров. За перевод платили небольшие деньги; вообще-то их раздавали для этого особо доверенным лицам, начальникам отделов, но не барское же это дело - переводить..

[xgrbml.livejournal.com]

Для ГПНТБ действительно диплома было достаточно. Напрравление с работы (точнее, письмо, в котором написано, что имярек ведет научную работу в такой-то области) нужно было для Ленинки.

[vchashu.livejournal.com]

Маленькая ложь рождает большое недоверие. За фотокопиями необязательно было ездить в Москву. Заявка оставлялась в соответствующем отделе библиотеки ОГУ, через пару недель книгу-статью можно было там забрать, абсолютно бесплатно. К слову, советская система РЖ на западе существует только в математике (MathRevievs), а у нас была по всем наукам. Польза от реферата временами перевешивала саму статью.
Про отрыв советской науки от мировой---тоже лажа. Лично знаю многих западников, кто выучил русский только для того что бы читать статьи ещё до перевода на английский или из неперводимых источников. В СССР кто хотел мог опубликоваться зарубежом (если тема не насила секретный характер), см. статьи Березина о вторичном квантовании в 1970-х. Русский язык был официальным языком Международных математических конгрессов, где бы они не проводились. До сих пор в среднем один из 4-5 филдовских лауреатов получил образование в РФ или СССР.
Опять же, Вы не можете не знать, что куча западных математиков приезжала в Одессу к Крейну как в Мекку. Вам стоит отрефлексировать тенденцию своего журнала.

[taki-net.livejournal.com]

+++ Маленькая ложь рождает большое недоверие

+++ В СССР кто хотел мог опубликоваться зарубежом

Скажите, а что рождает ложь большая и ложь наглая?

[taki-net.livejournal.com]

+++ А кому на хер нужны "неестественные науки" - Вы вообще о каких "науках" говорите?

Вы анацефал, да?

[vchashu.livejournal.com]

Хорошо, "кто хотел"---может быть слишком широко сказано. Всегда есть внутренние тёрки, какие-то завистники, не каждому, кто хочет, дают профессора и т.д. Это и на Западе есть, недавно в одном мат департменте поставили главой биолога ибо математики вдрызг разругались между собой.
Но принципиального ограничения "советский учёный не будет печататься в буржуазном журнале"---не было. Люди в зарубежных журналах публиковались (примеров достаточно). Хотя, в принципе, для известности на Западе вполне было достаточно опубликоваться в одном из многочисленных переводных журналов. Вот Ломоносов ещё аспирантом опубликовал свою заметку на русском в 1973 году, а уже через пол года на эту тему проводились конференции на Западе.